26/06/2020


 
Попавших под «холодный душ» пандемии инвесторов ждут в теплых экономических заводях Дальнего Востока

О динамике инвестиционного климата на Дальнем Востоке, а также о проектах, которые способны дать мощный импульс развитию региона, порталу «Твой Дальний Восток» рассказал генеральный директор АНО «Агентство по привлечению инвестиций и поддержке экспорта» Леонид Петухов.

— Мы живем в несколько изменённых условиях, пандемия внесла коррективы в работу многих предприятий и агентств. Скажите, изменилась ли работа вашего агентства? Как сейчас живете?

— Как вы правильно заметили, пандемия изменила жизнь многих людей. Изменилась экономика, в том числе на Дальнем Востоке, наша задача – развивать эту экономику, поэтому и подходы наши изменились. Прежде всего мы поставили себе цель наладить обратную связь с инвесторами. С теми, кто начинает свои проекты, и теми, кто их уже реализует. Мы еженедельно проводим опросы инвесторов, узнаем что происходит, где проблемы возникают и главное – как можем помочь.

— В каком формате?

— Звоним людям и спрашиваем. Плюс на сайте у нас есть форма, которую можно заполнить. Она автоматически, в режиме реального времени, показывает, какие инвесторы больше пострадали, какие смогли обратиться за поддержкой, какие не смогли, какие меры поддержки еще нужны. Далее мы в точечном режиме оказываем помощь.

— Каждому отдельно?

— Именно так. Мы являемся частью Министерства по развитию Дальнего Востока. Работаем как одна команда. Поэтому, как в хорошей командной игре, вместе помогаем инвесторам, засучив рукава.

— Есть понимание, какие отрасли сильнее пострадали и кто, наоборот, сейчас делает рывок? Как работаете с теми и другими?

— Вопрос хороший и сложный. Очевидно, что пострадала сфера услуг. Всё, что связано с малым и средним бизнесом. Так получилось, что именно малый и средний бизнес преимущественно работает в этой сфере. Многие большие компании пострадали от того, что им сложно завезти оборудование, рабочую силу для пуска и наладки производства, потому что оборудование зачастую иностранное и для его запуска нужны иностранные специалисты. Это мы тоже решаем в ручном режиме, каждому инвестору помогаем. Все, что связано с логистикой, тоже не всегда стабильно. Вы знаете, что большие очереди скопились на многих пограничных переходах. Китайцы меняют свои требования по допуску наших граждан и российской техники на свою территорию. В этих случаях помогаем инвесторам со сбытом продукции.

Причем некоторые отрасли на самом деле выиграли. Несмотря на то, что цены на уголь, в том числе энергетический, упали, все понимают, что спрос на него так или иначе начнет расти, ограничения по миру будут сняты. Поэтому мы в постоянном контакте с мировыми потребителями этих продуктов. Мы должны подготовиться к грядущему росту.  По моим оценкам, он начнется уже с осени этого года.

— Как в новых условиях происходит работа с иностранными инвесторами? Получается ли взаимодействовать без столь необходимого прямого контакта?

— Мы постоянно с ними контактируем. Естественно, все командировки отменены, мы подчиняемся общим правилам, чтобы не нарушать санитарно-эпидемиологическую обстановку как в России, так и в тех странах, где находятся инвесторы. Поэтому общаемся в режиме видео-конференц-связи. В частности, на днях под патронажем посла Индии мы провели так называемый вебинар. Порядка 150 индийских компаний, заинтересованных в инвестировании на Дальний Восток, подключились, задавали вопросы. Очень эффективное средство коммуникации. Я вообще считаю, что после пандемии очень многие методы работы поменяются.

Но главный вопрос — чего мы хотим достичь с помощью иностранных инвесторов?

Ситуация складывается уникальная. В мире уже началось глобальное перераспределение производственных баз. Многие страны поняли, что хоть эпидемия и зародилась в Китае, но в итоге именно Китай от нее очень сильно выиграл. На него пришлось основное производство средств индивидуальной защиты, санитарных костюмов, масок, ИВЛ и многих других вещей, которые востребованы во всем мире. Цены на них, естественно, выросли, кто-то на этом хорошо заработал. Очень многие инвесторы, с которыми мы общаемся, думают о том, как забрать свое производство из Китая или, как минимум, создать такое же, но в другой стране, чтобы избежать эпидемиологических рисков. Ситуацией очень активно воспользовалась Индия. Там выделили несколько территориальных зон по всей стране с подключенной инфраструктурой и всеми силами привлекают инвесторов для создания новых либо переброски из других стран действующих производств. Этим проектом в Индии занимается организация, аналогичная нашей, — «Инвест-Индия». Считаю, что мы в этом процессе тоже должны участвовать, поскольку Дальний Восток находится в сердце Азиатско-Тихоокеанского региона, и роль нашего региона в этой логике может очень сильно возрасти. Поэтому наша цель – сделать анализ и просчитать, какие компании с помощью наших связей сейчас могут зайти на Дальний Восток. Надо использовать кризис с пользой в нашу сторону. Это отразится на развитии экономики Дальнего Востока и всей России.

— В чем, на ваш взгляд, главное преимущество Дальнего Востока для инвесторов?

— Мне кажется, таких преимуществ три. Первое: Владимир Владимирович Путин назвал развитие Дальнего Востока приоритетом для нашей страны. Из этого следует очень многое. Например, режим свободного порта Владивосток не только не имеет аналогов в России, но даже опережает те режимы, которые есть в Малайзии, Китае, Индии, Японии. Второе: внимание вице-премьера Юрия Петровича Трутнева, в команде которого мы находимся. Я считаю, что ни один другой проект в России не пользуется таким персональным вниманием чиновников такого масштаба в Правительстве РФ. Ну а третье преимущество, по сути дела, логистическое, ведь мы находимся в центре Азиатско-Тихоокеанского региона. Да, у нас относительно небольшой внутренний рынок, поскольку плотность населения не такая высокая. Но это богатая рыбой, лесом, землей и прочими ресурсами территория. Наша задача сделать так, чтобы она развивалась. За три года мы практически в каждую отрасль Дальнего Востока привели инвестора из каждой страны Азиатско-Тихоокеанского региона. В частности, Южная Корея занимается лесом, рыбой и судостроением, Китай ведет проекты в тех же отраслях. Приезжая на встречи с инвесторами в тот же самый Сеул, демонстрируя там потенциал нашей территории, мы значительно расширяем круг предпринимателей, заинтересованных в реализации своих замыслов в Дальневосточном регионе.

— Скажите, а какие регионы Дальнего Востока максимально интересны для инвесторов и есть ли некая градация? Каким регионам нужно еще поднажать, чтобы войти в такой шорт-лист?

— Считаю, что лучший способ привлекать инвестиции — это за них конкурировать. Конкуренция происходит как между странами, так и между регионами, и это хорошо. Если в какой-то регион приходит больше инвестиций, это стимулирует другие территории, если где-то приток денег меньше – значит надо быть более дружелюбными с инвесторами. Но очевидно, что Магадану с его климатическими условиями, населением, географическим положением сложно конкурировать с Приморьем.

— А кто интересуется Хабаровский краем? На проекты в каких отраслях можно рассчитывать?

— Хабаровский край большой. Здесь традиционно в сфере особого внимания и рыбная промышленность, и лесная промышленность, и деревообработка, и все, что связано с логистикой и торговлей через такую транспортную артерию, как Амур. Хотелось бы больше проектов в сфере сельского хозяйства. И более серьезные подвижки хочется видеть в городе президентского внимания — Комсомольске-на-Амуре. Есть поручение главы государства о том, что мы должны город развивать, поэтому мы, как мантру, повторяем любому инвестору, который приходит с обрабатывающим производством: «Давайте пойдем в Комсомольск-на-Амуре». Эта работа приносит плоды. Вы знаете, Корпорация по развитию Дальнего Востока построила готовые корпуса на площадке «Парус» в Комсомольске-на-Амуре. Они заполнены практически на сто процентов. Так, на мой взгляд, и надо работать. Некоторым инвесторам нужна инфраструктура, и они сами знают что хотят построить. Но для небольших обрабатывающих и сборочных производств нужны готовые помещения, куда можно просто зайти и работать.

— Можно назвать те преимущества, которые получают жители условного села, если туда приходит инвестор? Что они получают? Какова их выгода?

— Выгода в первую очередь в том, что люди работу получают. Один из наших принципов заключается в том, что рабочая сила должна быть российской. Понятно, что в каких-то случаях на первом этапе это может быть невозможно. К примеру, известная индийская компания «KGK» уже 50 лет покупает алмазы у «Алроса» и занимается их огранкой. Как одни из первых резидентов свободного порта Владивосток они завезли оборудование, купили здание. Логика индусов была такова: «Мы понимаем, что должны быть русские огранщики, но где мы их возьмем с соответствующей квалификацией?». И тогда, в качестве временной меры, на полгода разрешили ввести индийских огранщиков. Но параллельно компания заключила с Владивостокским колледжем договор на обучение местных огранщиков. И вот буквально год назад был первый выпуск. В итоге индусы уехали домой, а предприятие спокойно работает с помощью российских специалистов. На мой взгляд, это хороший пример того, как нужно поступать.

Еще один фактор – развитие социальной инфраструктуры. Инвесторы понимают, что на них ложится определенная социальная нагрузка. Российское государство дает бесплатную инфраструктуру, большие налоговые льготы, которые они не найдут ни в одной другой азиатской стране, но те люди, которые работают и живут рядом с территорией реализации проекта, должны увидеть от этого эффект. Должна быть отремонтирована школа, построен тренажерный зал, бассейн и т.д. Контролируют эту работу губернаторы и главы муниципалитетов.

— Полпред Президента Юрий Трутнев регулярно делает акцент на том, что на Дальнем Востоке необходимо развивать сельское хозяйство. Для жителей региона, особенно северных его территорий, проблема качественной сельхозпродукции стоит весьма остро. И даже на юге Хабаровского края, Приморья, где немало пахотных земель, не так уж развито производство экологически чистых продуктов. Есть ли перспективы у этого направления или придется и дальше покупать азербайджанские помидоры?

— Конечно, есть. Как вы знаете, у нас пионерами по выращиванию экологически чистой продукции стали японцы, построившие современные теплицы в Хабаровском крае и в Якутии. Один известный предприниматель придумал проект по завозу семян японской клубники и ее выращиванию на Дальнем Востоке. Мы даже в этом году открыли в ДВФУ теплицы для японской клубники. Оказалось, что для японцев это очень чувствительный вопрос, они не очень любят семена своей продукции вывозить за рубеж. Но в данном случае, поскольку проект международный, было сделано исключение, за что мы наших японских партнеров очень благодарим.

Важная задача, над которой мы работаем совместно с Агентством по развитию человеческого капитала, — задействовать сельхозпроизводителей, получивших землю в рамках программы «ДВ-гектар», в выращивании продукции для дальнейшего сбыта на местном рынке и за рубеж. У нас есть, например, японцы партнеры, которые очень хотят закупать экологически чистые товары у дальневосточных фермеров и забирать к себе в Японию. Это, на мой взгляд, даст мощный импульс самозанятым, которые хотят заниматься сельским хозяйством.

Стоит отметить, что выращивать здесь, на месте органическую, без химикатов продукцию дороже, чем покупать выращенную на нитратах, к примеру, в провинции Хейлунцзян. Даже с учетом логистики. Поэтому важно четко соблюдать законодательство, не пускать продукцию, которая не соответствует требованиям, создавать налоговые льготы и условия для российских инвесторов, производящих органическую продукцию, которые помогут сделать ее дешевле. Кроме этого, необходимо пропагандировать здоровое питание.

— Резюмирующий вопрос: сказалась ли пандемия на планах возглавляемого вами агентства, на каких проектах важно сосредоточиться в этом году?

— У нас очень четкие планы. Достижение ключевых показателей эффективности на контроле и у нас самих, и у проверяющих органов. В этом году нам нужно заключить  порядка 170 инвестиционных соглашений на сумму свыше 200 миллиардов рублей. Мы уже заключили 40 соглашений на 63 миллиарда. Пандемия на нашей деятельности сказалась не сильно: все инвесторы продолжают работать. Свою задачу вижу больше в том, чтобы, как уже сказал, закрепить инвесторов в каждом секторе экономики из разных стран. И сделать так, чтобы инвесторы эти были довольны и всему миру рассказывали, как хорошо делать бизнес на Дальнем Востоке. Ну и, конечно, следить за тем, чтобы инвестиции состоялись в полном объеме и были успешны.

Полная версия интервью доступна на портале твойдв.ру
https://khabarovsk.md/news/19289-minus-obratit-v-pljus.html



К списку новостей